Рыцарь Света

Памяти Е.П.Маточкина.

Галина Ермолина, Новосибирск

 matoch4

 Евгений Палладиевич Маточкин на вершине Рериха. Алтай

Печальная весть об уходе Евгения Маточкина стала известна 15 января (2013г), и в тот же день эта информация появилась на некоторых Рериховских сайтах.

 

Так много людей  знают и любят  этого необыкновенного человека, человека, всей своей нелёгкой жизнью и неукротимой деятельностью утверждающего синтез Красоты и Науки. Евгений общался и дружил  с огромным количеством людей, близких по духу у нас в России, а в последние годы по приглашению зарубежных друзей посетил вместе с женой страны Европы, Азии. У каждого человека, соприкоснувшегося в жизни  с ним, есть свои истории. О научной, искусствоведческой деятельности Евгения Маточкина написано немало статей, а я бы хотела рассказать, каким замечательным, сердечным человеком он был, теперь уже говорим «был».

Несмотря на то, что наши дома в Новосибирске находятся в нескольких минутах ходьбы, виделись мы не очень часто. Евгений всегда был очень занят, а в последний год жизнь его летела метеором. Кажется, совсем недавно, еще и год не прошёл, как в СибРО при большом стечении народа праздновали его 70- летний Юбилей, где после торжественных поздравлений и подарков Евгений Палладиевич щедро одаривал нас прекрасным исполнением классической музыки, а затем провёл небольшую экскурсию по выставке своих художественных работ, воспевающих любимый им Алтай.

                   liki

             Е.П.Маточкин. На юбилейной выставке своих картин"Лики Алтая", февраль 2012г.

Талантливый человек, как говорят — талантлив во всём. Главным же в  Евгении Палладиевиче Маточкине, на мой взгляд, всегда была его неистребимая преданность идеям, провозглашенным в Учении Агни Йоги. И эту преданность он  проявлял в жизни каждого дня в своих поступках, книгах и статьях. Россия славится пассионариями, и вот сегодня, пытаясь осмыслить, кем же он был - Евгений Маточкин,  мне хочется назвать его «Рыцарем Света» или «Свет Несущим».

Помнится, первый раз мы встретились с Евгением в середине 90-х  у Наталии Дмитриевны Спириной, куда я привела мою английскую подругу Кэрол Брюс, читавшую Агни Йогу, проводившую зиму, как правило, в Индии и неоднократно посещавшую Святослава и Девику Рерих в Бангалоре. Об этом мы и говорили на той встрече.

                               spirina nd048

   На Выставке картин Рериха в Акадкемгородке. П.Ф.Беликов, Н.Д.Спирина, Е.П.Маточкин. Новосибирск,1974г.

С тех пор случалось так, что мы чаще встречались с Евгением на Алтае, чем у себя дома, в Академгородке. А однажды в начале 2000года мы  с друзьями  оказались у Аккемского озера, с духовным восторгом взирая на белоснежную Белуху. Вдруг из лиственничного лесочка появилась небольшая группа мужчин с заросшими бородами. Похоже было, что они только что спустились с гор. И каково же было изумление, когда в одном из них я узнала Евгения. Для него поход к Белухе был привычен, и именно он водрузил Знамя Мира на одной из её вершин. Человек энциклопедических знаний, признанный учёный-искусствовед, и, по моему мнению, – лучший искусствовед творчества Н.К.Рериха, он отличался редкой простотой и скромностью. Наша дружба и сотрудничество проявлялись в различных аспектах, но всегда это было связано с Рерихами и Алтаем.

Последний раз на Алтае мы опять же случайно неслучайно встретились в августе теперь уже прошлого года у Чуй-Озы, священном на Алтае месте, где сливаются Чуя и Катунь. Мы на ночь остановились в гостинице Чуй-Озы и до полуночи разговаривали с Галиной Михайловной Топтыгиной — хозяйкой этого Места. Вдруг её позвали, - неожиданно приехали  какие-то учёные из Новосибирска, просятся переночевать. А мне сразу подумалось, что это мог быть Евгений, но вернувшаяся Галина назвала другое имя.  Всё же я решила проверить, и, конечно же, это был Евгений Маточкин, приехавший изучать и снимать на кальку недавно обнаруженные им петроглифы, притом, обнаружил он их в прошлом году совсем недалеко от трассы. На следующее утро всей компанией мы пошли смотреть новые петроглифы, а Евгений Палладиевич рассказывал нам об этих петроглифах, рассказывал, как песню пел, настолько было проникновенным его описание, затем он показал только что вышедший номер научного журнала с его последней статьей об этих петроглифах и их значимости.

                                  Matochkin pic4

В прошлом году Евгений с упоением рассказывал о проекте, связанном  с мегалитическим  комплексом Горного Алтая, известным, как «Стоунхендж Алтая».
Предполагались серьёзные научные исследования этого комплекса, как всегда, проблема упиралась в отсутствие финансовой поддержки. И вообще так сложилось, что у этого замечательнейшего человека, так много сделавшего для искусства и науки, получившего официальное научное признание, были серьёзные финансовые проблемы. Можно объяснить это сплетениями кармы, но мне видится, здесь всё та же проблема России, где не  ценятся по заслугам такие самородки.

Неужели остались только планами на бумаге и в умах тех, кто знает об этом его проекте по исследованию необычайного феномена состава воды в гроте Куйлю на Алтае — этот грот расположен  в том же направлении, что и маршрут к Белухе. Евгений рассказывал мне, что заметил, как меняется вода грота  после сильной грозы. Проведённый анализ показал, что вода, попавшая в грот во время грозы, пробежав по стенам грота, приобретает гармоничную структуру, наиболее благоприятную для человеческого организма, т.е. она становится целебной. Он много сделал в этой жизни, многое задумал, но не успел…

Евгений ушёл с земного плана, но, конечно же, он будет работать на другом плане Бытия и очень хочется верить, что его неисполненные проекты найдут своих последователей.

Галина Ермолина (Новосибирск) 

roza

                       

Вера Кушнаренко-Суртаева

17.01.13. Весть об уходе Евгения Палладиевича с земного плана всколыхнула память о незабываемых встречах с ним. Мы познакомились в июне 2009 года в Усть-Коксе на фестивале «Родники Алтая». Празднично-песенное оживление людей сближает очень быстро.  Выяснилось, что мы оба любим петь романсы и перепели их с дюжину.  При этом нас обоих поразило то, что наши голоса сливаются!  А вечером  я встретила Евгения Палладиевича у общей знакомой.  Людей собралось много, нас настойчиво попросили спеть, и мы спели. А  потом начались открытия за открытием.  Маточкин сел за рояль и полилась классическая музыка, на которой воспитывалось наше поколение. А назавтра встреча в Чендеке, на которой он  продемонстрировал свои последние открытия на Кучерле. Ролик сразу же стали скидывать на флэшки. Тут же  попросили свозить к этим Кучерлинским наскальным рисункам, и собралась целая группа горячо желающих видеть всё своими глазами.

                        matoch5

Евгений Палладиевич сводил нас назавтра, и все были в восторге от учёного, который сам горел, как маяк и зажигал огонь в сердцах людей.
После этой встречи только дважды, в разное время, мы встретились ещё.  Работая над мегалитами Алтая («Стоунхендж»), он со своими спутниками останавливался у меня заночевать.  Люди, с которыми он изучал мегалиты, были очень интересными, и эти два вечера были наполнены научными разговорами. А я, затаив дыхание, слушала  захватывающие воображение их рассуждения.
А по утрам Евгений Палладиевич кормил свою экспедицию и мою семью овсянкой. Готовил он её мастерски.  Я подошла было помочь на правах хозяйки, но смешливый гость заявил: «Когда мужчина на кухне, женщинам в ней не место».  
Переписывались мы регулярно. На  его семидесятилетие я написала ему акростих, который на юбилейном вечере зачитала Галина Ермолина, наша общая другиня.

(Кушнаренко-Суртаева Вера, акростих)

Могут позабыться наши песни,
Атмосфера коксинской земли,
Только жизнь намного интересней,
Оттого что нас пути свели.
Что же интересного случилось,
Коль возникла дружба с того дня?
Искренне, я  помню,  изумилась
Настоящим гуру для меня.
У него поющая натура!
Если б больше ничего не мог,
Видимо, и этого б хватило
Гостем быть желанным на пирог.
Если кармы путь сложится круто,
Несгибаем Дух под грузом бед.
Истину познавший, –  ни минуты
Юности не потеряет Свет.
Пианист и песенник прекрасный,
А в придачу доктор, муж, отец.
Лектор, открыватель и писатель,
Лазальщик по скалам, наконец!
А ещё… – всего не перечислить!
Да и надо ль много говорить?!
Идеально излагает мысли!!! –
Если  надо – значит – монолит!
Весело встречает свои беды,
И не хнычет!!! – сильная черта!!!
Чуточку его достоинств мне бы…
Ух!!! –  Живи!!! Живи,  родной, до ста!!


Жизнь продолжается, и Евгений Палладиевич никогда не покинет наши сердца

(Перепечатка с портала «Адамант»)

roza

 

Людмила Андросова. Канада

Эта статья посвящена памяти Евгения Маточкина. Она появилась, как завещанная мне перед уходом из жизни просьба Жени восстановить историю «Рериховских Чтений» и Рериховского движения.

Сама идея провести в Сибирском отделении Академии наук всесоюзную конференцию и ознакомить учёных СО АН с научными трудами созданного Рерихами в долине Кулу Гималайского научно-исследовательского института Урусвати принадлежит Евгению Маточкину, тогда научному сотруднику Института ядерной физики СО АН. Это он в начале 1974 года организовал в Новосибирском Академгородке очень небольшую группу, как он сам называл команду, по подготовке всесоюзной конференции. Нас было трое в этой группе: Е.П.Маточкин, Н.Д.Спирина и я.

 androsova matochkin spirina

 

Команда по подготовке всесоюзной конференции (слева направо): Л.А.Андросова, Е.П.Маточкин, Н.Д.Спирина (1976 г.)

 Руководителем нашей команды был Павел Фёдорович Беликов, который опосредованно, через Святослава Рериха, направлял всю деятельность группы. Бесценны его консультации и поддержка, так же как и его уникальный архив, опыт и знания, которыми он щедро делился. Душой нашей группы, её стержнем был Евгений Палладиевич Маточкин. Именно через него Павел Фёдорович осуществлял своё руководство. Он был в курсе всего, что нами намечалось и проводилось, консультировал по всем вопросам, помогал определить состав участников конференции. Именно Павел Фёдорович снабжал нас (а через нас и учёных СО АН) необходимыми книгами и материалами, будь то книги Учения или научные труды института Урусвати, издаваемые в ежегодниках, так называемый «Журнал Гималайского научно-исследовательского института Урусвати».

Павел Фёдорович был мудрым и талантливым дирижёром большого оркестра, которому можно уподобить Рериховское движение в нашей стране. С его уходом Рериховское движение потеряло точку опоры. Мы же, имевшие счастье знать его, быть и работать с ним, осиротели, потеряли Учителя и Друга. Оркестр остался. Дирижёра не стало...

 

belikov annenko matochkin

Слева направо: П.Ф.Беликов, А.Н.Анненко, Е.П.Маточкин (1976 г.)

 С Женей Маточкиным мы познакомились в конце 1960-х или в самом начале 1970-х, точно не помню. Задолго до этого, будучи московской студенткой, принимала участие в восхождениях, и сияние горных вершин, их величие не просто проникали в мою душу, а становились её сутью. Мне и сейчас достаточно просто увидеть вершину, чтобы встать на неё и с высоты посмотреть на весь окружающий мир и на себя саму. Тогда в горах Алтая Женя и нашёл меня. Нашёл и высоко поднял: лети, мол...

Шли годы... В декабре 2008 года я послала Жене рукопись статьи «Мои Учителя»1 Сделав ряд поправок и уточнений, он далее пишет (28 декабря 2008 года): «...Ты всё красиво написала. Правда, создаётся впечатление, что все события, наши Чтения происходили сами собой. Ведь Павел Фёдорович, Наталья Дмитриевна, мы с тобой – были одна команда. А как Окладников помог! Может, напишешь об этом...». 31 декабря 2009 года Женя пишет: «...Нынче в ноябре прошли 8-е “Рериховские Чтения”, наши с тобой. Конечно, они ничего не знают, называют организатором только Наталью Дмитриевну, иногда добавляют Окладникова. Однако я при случае рассказываю про нашу команду...».

За два месяца до ухода из жизни Женя присылает мне три письма, одно за другим. Это было так необычно и так глубоко радостно для меня: мы переписывались редко, иногда с большими перерывами. Из первого письма, от 2 ноября 2012 года: «Мне пришла мысль, что пора писать историю наших Рериховских Чтений... Вообще хорошо, чтобы ты написала, как мы готовили Чтения, а то сейчас считается, что их организовывала Наталья Дмитриевна и больше никто ничего не знает. Про себя мне пока писать не хочется. Может, ты что-нибудь напишешь. А я – про тебя немного… Сегодня прилетел из Мадрида. И по дороге в небесах думал, что надо бы восстановить историю. Вот было время!». 10 ноября 2012 года в ответном письме Женя благодарит меня за присланные материалы и вновь: «...И всё же попробуй написать, как готовились наши Чтения. Что делал Ларичев, что – ты, что – я? Помнишь, ты мне говорила: “Женя, вот такое-то письмо надо подписать у Окладникова, тогда всё пойдёт”».

 «Рериховские Чтения» не случились сами собой. Нужны были усилия крупных учёных, академиков, которые были бы не только сами заинтересованы в проведении конференции, но могли бы заинтересовать и убедить в необходимости её проведения руководство Сибирского отделения Академии наук. Мы с Женей хорошо понимали неотложность этой задачи и её сложность. Но судьба была к нам благосклонна. К этому времени Женя вплотную занимался изучением петроглифов, исследованием наскальных рисунков на Алтае. Тогда же через нашего общего друга Петю Лабецкого, историка, Женя познакомился с Виталием Епифановичем Ларичевым, доктором исторических наук. Круг научных интересов Ларичева был необычайно широк: востоковедение, искусство палеолита, астроархеология, палеокалендаристика. Это их чрезвычайно сблизило.

Через Виталия Епифановича Женя познакомился с академиком Алексеем Павловичем Окладниковым, директором Института истории, филологии и философии СО АН (позднее Института археологии и этнографии СО РАН). Алексей Павлович проявил большой интерес к возможности проведения всесоюзной конференции и взял на себя всю ответственность за её организацию. Это силой своего убеждения и своим авторитетом он добивался цели. А позднее организовал экспедицию в Гималаи, к Рериху.

Под председательством Алексея Павловича был создан оргкомитет конференции. Учёным секретарём его становится Виталий Епифанович Ларичев. С его лёгкой руки конференция стала называться «Рериховские Чтения». С этого момента оргкомитет возглавил всю работу по организации и проведению всесоюзной конференции. Им была разработана программа, определены основные участники и тематика их докладов. И с этого момента Женя и я встречались почти каждый день, помогая готовить необходимые бумаги – письма в инстанции, от которых зависело утверждение конференции, следя за ходом их продвижения.

konfer76

Устроители первой в нашей стране всесоюзной конференции «Рериховские Чтения» (1976 г.) Слева направо: А.Я.Кряжев, Е.П.Маточкин, Л.А.Андросова, Л.В.Шапошникова, А.П.Окладников, П.Ф.Беликов, М.И.Качальская, В.Е.Ларичев, В.Я.Кашкалда, Н.Д.Спирина

 Это была первая в стране конференция, посвящённая творческому наследию семьи Рерихов, ещё малоизученному и малоизвестному, не имевшая до того времени аналогов. И знаю по себе, сколько недоброжелательства, предубеждения ко всему новому и необычному, инертности надо было преодолеть на этом пути! Но то, что невозможно нигде, стало возможно в Сибири. И учёные Сибирского отделения АН сделали это! Алексей Павлович Окладников в год столетия со дня рождения Н.К.Рериха был назван основателем академического рериховедения. И это здесь, в Сибири, в Новосибирском Академгородке, где, как ни в каком другом месте нашей страны, царил дух вольномыслия и свободы – именно здесь и зародилось Рериховское движение, откуда потом пошло оно по всей русской земле... Учёные Сибирского отделения – академики, доктора наук – философы, историки, лингвисты, медики, физики, да разве можно перечислить всех?! А какие имена: академики Лаврентьев, Окладников, Казначеев, Яншин! Это они, сибирские учёные, и стояли у истоков Рериховского движения.

 В то время проведение любой научной конференции на всесоюзном уровне должно было быть одобрено и разрешено как руководством президиума СО АН, так и руководством президиума Академии наук СССР, что было необходимо для утверждения конференции в статусе всесоюзной. Именно этот статус давал право на издание сборника докладов. Большинству же сотрудников аппарата президиума имя Рериха ни о чём не говорило. И потому сразу же возникло множество организационных вопросов и проблем, от своевременного решения которых зависели качество и сроки проведения конференции, а также включение её в план всесоюзных конференций.

Я к тому времени уже шесть лет работала в аппарате президиума учёным секретарём по автоматизированным системам управления. И конечно, моя основная деятельность была весьма далека от участия в проведении конференций. Сотрудники аппарата президиума, много старше меня, относились ко мне с чувством глубокой доброжелательности. И, достаточно хорошо представляя «кухню» аппарата президиума, я могла реально повлиять на ход событий. Была ещё одна причина для этого. Каждую весну я водила своих коллег на Тянь-Шань, где в высокогорных долинах горят на снегу тюльпаны. И как тут не вспомнить наши разговоры у костра, чтение стихов Н.К.Рериха, которые так любила, жила ими и знала наизусть. Всё это становилось почвой, на которой возникало чувство доверия и взаимного уважения. И хотя мне приходилось впоследствии и убеждать, и доказывать, и разъяснять, но в целом коллеги по аппарату шли мне навстречу.

Но не всегда получалось так, как хотелось. Возникли проблемы с изданием сборника. Так хотелось, чтобы он был выполнен на высоком качественном уровне и издан до начала конференции, а не после неё, как это обычно принято и как к этому привыкли. Однако то не было бумаги, то ткани для обложки, то все типографии оказывались занятыми другой работой. Так, по крайней мере, утверждал мой коллега, учёный секретарь по научно-организационной работе, когда я обращалась к нему за помощью. Тогда пыталась решить эти проблемы с учёными секретарями институтов, где нужные нам ткани или бумага могли бы быть. И всё находилось, и казавшееся невозможным становилось реальным. Прямо из типографии привезла эти так прекрасно оформленные сборники, ещё пахнущие свежей типографской краской, прямо в конференц-зал за час до открытия конференции.

 sbornik

Первый сборник «Рериховские Чтения», попавший в руки участников конференции перед самым её началом

 «Рериховские Чтения» создавались не на пустом месте. Почти за три года до нашей конференции, летом 1973 года, в Доме учёных Новосибирского Академгородка была открыта выставка работ Н.К.Рериха, которую организовала искусствовед Дома учёных Эльфира Паршина. На выставке было представлено свыше 150 работ Н.К.Рериха. Работы эти Эльфира собрала как из частных, так и из государственных музеев, в том числе из Русского музея и Эрмитажа. Подробно об этой выставке рассказывает Алексей Анненко в своей статье «Жемчуг исканий». В частности он пишет: «Невероятно в полной мере оценить труд организатора, которому удалось совершить, казалось бы, невозможное. Ведь до официального празднования 100-летия Н.К.Рериха оставалось ещё более года. Впервые в Советском Союзе после выставок, организованных Юрием Николаевичем Рерихом, творчество великого художника было представлено с такой полнотой».

Из частных собраний на выставке были показаны любимые полотна Юрия Рериха из его московской квартиры, где жила в то время Ираида Богданова. Я знала Эльфиру и была свидетелем травли, которую ей за это устроили. Как-де, мол, она, ученица Натальи Дмитриевны, посмела связаться с Богдановой, встречаться с Васильчиком и даже более того – принять его помощь в организации выставки?! А ведь как права Татьяна Бойкова, которая написала вот эти слова «...сделать такую выставку – какой это сумасшедший труд, какая жертвенность и ответственность должны руководить этим человеком».

Летом 1975 года в том же Новосибирском Академгородке проходит ещё одна выставка картин Н.К.Рериха из собраний Святослава Рериха. Какую огромную помощь оказали оба эти события, обе эти выставки, создав благодатную почву для проведения подготавливаемой нами конференции «Рериховские Чтения»! Активное участие в проведении экскурсий по выставке приняла Наталья Дмитриевна Спирина. Большую помощь оказала также Вера Яковлевна Кашкалда, хранитель картин Рериха в Новосибирской картинной галерее. С большим энтузиазмом включилась в эту экскурсионную работу и я. Для меня это был праздник, который и поныне со мной.

В день закрытия выставки, 13 июля 1975 года, я записала для Святослава Рериха:

 «Святослав Николаевич!

Неужели никогда, никогда больше не увижу эти картины? Неужели сегодня своими собственными руками буду упаковывать их в тёмные ящики?

Ранним утром, когда лучи солнца находили лицо, и ты ещё не проснулся, но ощущение радости полной, и не знаешь, отчего это, и вдруг – ну конечно же, сегодня опять, снова можно пойти к Рериху. От дома моего к нему ведёт тропинка. Через лес. И лес этот становится тебе другом. Ты видишь его пробуждение, видишь, как день ото дня всё расцветает и набирает силу (ведь у нас, в Сибири, всё цветёт так поздно!). Он приветствовал тебя каждый день, этот лес, зная о ведущем сквозь него пути, и этот каждый день приносил новую радость – и ему, и тебе.

Так как же мы теперь? Да-а, понимаю, “когда даёшь себя приручить, случается и плакать...”».

 Во время проведения этой выставки пришла телеграмма от Святослава Рериха о даре сибирским учёным картины Н.К.Рериха «Победа». Ему предшествовала удивительная история. То была идея Жени Маточкина попросить Святослава Рериха подарить нам эту картину с выставки. Письмо, написанное на простом листе бумаги без бланка организации, было опущено в обычный почтовый ящик по адресу: Святославу Рериху в Бангалор.

В августе прошлого года побывала в Доме учёных Новосибирского Академгородка и попросила показать мне эту картину. Мне открыли дверь, и я вошла в тишину небольшой уютной комнаты. Это был Малый зал заседаний с длинным овальным столом посредине и с креслами по обеим его сторонам. С противоположной стены, излучая сияние, смотрела на меня картина Рериха. Я не помню, сколько времени простояла я перед картиной, окутанная её сиянием. Я смотрела на картину и видела себя с зажатой в руке телеграммой, мчащуюся по лесной тропинке в выставочный зал, снова видела восторженные лица людей, принявших радостную весть. И вот теперь стояла перед этой картиной не в силах оторваться от неё и ярких видений прошлого.

 n.k.rerih . pobeda

 Н.К.Рерих «Победа» (1942 г.)

За два года до открытия нашей конференции на экраны страны выходит фильм «Николай Рерих», созданный Р.А.Григорьевой и Л.В.Шапошниковой, в котором с группой альпинистов снимался и Евгений Маточкин, возносящий Знамя Мира на вершину Рериха.

 6449four2015

Знамя Мира над Алтаем (Евгений Маточкин, 1974 г.)

 Сразу после окончания съёмок, по пути в Москву прямо с Алтая, приезжает к нам в Академгородок Ренита Андреевна Григорьева со своей съёмочной группой. С этого момента она становится одним из главных консультантов организации «Рериховских Чтений», а фильм, ею созданный, явился одной из важных вех на пути их проведения. Не забудем также о том бесценном вкладе, который внёс в развитие Рериховского движения Валентин Митрофанович Сидоров, одна из книг которого – «Семь дней в Гималаях» – всколыхнула всю страну и породила многих подвижников Рериховского движения. А работа Ольги Румянцевой в Музее Востока – это ли не такой же бесценный вклад?!

 Рассказывая о событиях, предшествующих «Рериховским Чтениям», я хочу только показать и напомнить, как много замечательных людей прямо или косвенно принимали участие в организации и проведении первой в нашей стране конференции, положившей начало многостороннему изучению и исследованию великого наследия, оставленного нам семьёй Рерихов. И каждый внёс свой личный вклад, значение которого трудно переоценить. Только благодаря этим коллективным усилиям и стало возможно подготовить и провести наши самые первые «Рериховские Чтения».

Сколько известных теперь всему миру докладов опубликовано в сборнике, какие славные имена! Предисловие к нему написано В.Е.Ларичевым совместно с А.П.Окладниковым. Читаешь его и словно воочию видишь, как на просторах Азии появляются всадники, участники Центральноазиатской экспедиции Н.К.Рериха. В разделе «Археология и история» особое место занимают доклады академика А.П.Окладникова «Н.К.Рерих и археология» и В.Е.Ларичева «У истоков верхнепалеолитических культур и искусств Сибири». В следующем разделе «Искусство и культура» среди других статей опубликованы доклады Гунты Рудзите «Картины Рериха в Художественном Музее Латвии», А.Д.Алёхина «Творчество Н.К.Рериха и Восток», Леопольда Цесюлевича «Алтай в творчестве Н.К.Рерихов» и Н.Д.Спириной «Н.К.Рерих и музыка».

 Павел Фёдорович Беликов выступил на конференции с докладом «Последняя научно-исследовательская экспедиция Н.К.Рериха». Большой интерес вызвало выступление Людмилы Васильевны Шапошниковой «Научная деятельность Н.К.Рериха в Индии». В разделе «Естественно-научные проблемы» опубликована статья Е.П.Маточкина «Космос в мировосприятии и творчестве Н.К.Рериха». В отдельном разделе сборника помещена подготовленная П.Ф.Беликовым «Библиография книг Н.К.Рериха».

В сборнике есть статья Зинаиды Григорьевны Фосдик «На Алтае с Рерихами». Когда в 1978 году мы встретились с ней в Музее Рериха в Нью-Йорке, она выразила глубокую благодарность всем устроителям конференции и была очень рада увидеть свой доклад в этом, как она говорила, «историческом сборнике». Мне хотелось бы ещё отметить статью молодого архитектора Елены Лосевой «К вопросу о проектировании Института востоковедения и Музея Н.К.Рериха в Новосибирске». Это был её дипломный проект. Когда я уезжала в Америку на встречу с Зинаидой Григорьевной Фосдик, Лена передала для неё макет будущего Музея Рериха в Новосибирске. Если бы вы могли только видеть, как горели и светились счастьем глаза Зинаиды Григорьевны, как восхищалась она талантом молодого архитектора и как надеялась увидеть этот Музей воплощённым в камне! Макет и поныне хранится в Музее Николая Рериха в Нью-Йорке.

 v nyu-yorkskom muzee

В Нью-Йоркском музее Н.К.Рериха. Слева направо: Мила Страва(сотрудница З.Г.Фосдик), Л.А.Андросова, З.Г.Фосдик. 1978 г.

В сборнике «Рериховские Чтения» есть и моя статья «Урусвати – СО АН СССР». В ней, используя материалы П.Ф.Беликова и Л.В.Шапошниковой, я попыталась провести параллель между деятельностью созданного Рерихами в Гималаях научно-исследовательского института Урусвати и институтов Сибирского отделения АН. Я стремилась выявить и показать их преемственность как основу для возможного дальнейшего сотрудничества. В те годы Новосибирский Академгородок с его 22 научно-исследовательскими институтами, а также с Сибирским отделением Сельскохозяйственной академии наук и Сибирским филиалом Медицинской академии наук был поистине Городом Знания, о котором мечтали Рерихи. Я познакомила со статьёй председателя Сибирского отделения АН академика Г.И.Марчука, в тайне надеясь, что, может быть, он поставит рядом своё имя. Гурий Иванович так внимательно посмотрел на меня, немного помедлил и сказал, что он мне полностью доверяет. Конечно же, я понимала, что сделать он этого не может, но всё-таки... хотелось знать мнение и реакцию руководства Сибирского отделения АН.

С тех пор в президиуме СО АН моё участие во всех вопросах, касающихся деятельности семьи Рерихов, стало само собой разумеющимся. В начале ноября 1978 года намечались переговоры президента Академии наук СССР академика А.П.Александрова со Святославом Рерихом по поводу возможного сотрудничества с законсервированным Гималайским институтом Урусвати в долине Кулу (Индия). Президиумом СО АН мне было поручено провести переговоры с сотрудниками иностранного отдела АН СССР, снабдив их необходимой информацией, а также документами и материалами, связанными с институтом Урусвати.

 Я упоминаю сейчас об этом событии, ибо волею судьбы оно определило всю мою последующую жизнь. 2 ноября 1978 года я записала в дневнике: «Утром Павел Фёдорович звонит мне в гостиницу и просит привезти к С.Н.Рериху письма и другие документы по институту Урусвати. “Но я не могу, Павел Фёдорович”. “Хорошо. Наверное, приезжать не надо тогда”, – замялся он. Да я и не просила его о встрече. Мне бы хотелось только поприсутствовать и посмотреть на Святослава хотя бы издали на какой-либо деловой или неофициальной беседе. “Но таковая вряд ли будет в ближайшее время, – поясняет Павел Фёдорович, – Святослав Николаевич занят, у него встречи, встречи, встречи...” Ну что ж, не судьба, значит. А поздно вечером, возвратившись в гостиницу, вижу записку с просьбой позвонить в любое время Беликову. Звоню: “Святослав Николаевич спрашивал о Вас. Он хочет видеть Вас...”».

 

image Rerih1

С.Н.Рерих и Л.А.Андросова. Фото Даниела Энтина, директора Музея Н.К.Рериха в Нью-Йорке. 1984 г.

  В тот день Святослав Рерих сказал мне слова, которые буду помнить всю последующую жизнь: «Как хорошо, вот мы и встретились. Я ждал Вас. Я хотел Вас видеть и говорить с Вами... Вы дороги мне. Вы близкий мне человек. И Вы всегда помните об этом (6 ноября 1978 г.). Вы знаете, как я рад Вам всегда. Я люблю Вас. Это главное...» – «Но почему? Как могло случиться это? За что?» – «Это неважно за что. Важно, что это есть. Если у вас растёт дерево, полное яблок, не надо считать сколько их, достаточно съесть одно или два, этого будет достаточно...» (1 ноября 1984 г.). («Живые записи встреч со Святославом Рерихом 1974–1989 гг.»).

 В октябре 1974 года, во время празднования столетия со дня рождения Н.К.Рериха, состоялись две знаменательные встречи группы сибиряков с Зинаидой Григорьевной Фосдик и Святославом Рерихом. В обеих от имени сибиряков выступал Евгений Маточкин. Он рассказывал о недавно закончившихся съёмках фильма «Николай Рерих», в которых он принимал участие, и о планах проведения всесоюзной конференции силами сибирских учёных. Встречу сибиряков со Святославом Рерихом коротко в тот же день записала в дневник. Привожу эту запись здесь. Некоторые слова вызывают у меня сейчас невольную улыбку, например, «старушка» Н.Д.Спирина и ряд других, но из уважения к той мне, что писала эти строки, оставила всё как есть, всё как было и не изменила ни единого слова.

Боже мой, как недавно это было!

«Святослав Рерих в Москве, на нашей земле. Неожиданно встречу с ним перенесли на час раньше. И не удалось предупредить только Евгения Великанова. И больно, что его не будет, больно не за то, что Женьке не повезёт, а больно за себя, за Святослава, который не увидит по-настоящему здоровых сибиряков. Не потерявшихся в искании истины, не вымученных, ошеломлённых, не ахи-, охи-, охающих, а просто здоровых, молодых, незанудных, видящих. Творящих руками собственными, головой. Трезво мыслящих. Им и принадлежит будущее. Для них и вся мудрость. А пока – открытые двери. У них и для них.

Гостиница “Советская”. Беликов Павел Фёдорович, писатель, встречает нас, сибиряков, у широких дубовых дверей огромного кабинета. “Проходите, проходите”. – Навстречу поднимается Святослав. В светло-коричневом мягком наглухо застёгнутом пиджаке. Строен. Прям. Среднего роста. Глаза тёмные. Плотно сжатые губы. Неотрывно, внимательно смотрит на каждого. Крепкое рукопожатие. Всюду цветы. Алые и белые розы, красные гвоздики. Садится за огромный письменный стол в углу кабинета, откидывается на спинку стула, руки сцеплены. Внимательно смотрит. “Расскажите мне о Сибири, какие у вас планы, как живёте…” И неторопливо ведётся беседа. В присутствии Святослава всё очень спокойно. Голос ровный, мягкий. Становится хорошо и, главное, просто… Нет гнёта собственного присутствия. Не думаешь, что делаешь неловкость какую-то, и даже не приходит в голову, как обычно, что он о тебе подумает. Волна – когда ты такой, какой есть, и это принимается. Словно знал его всю свою жизнь…

Запаздывает «старушка» Наталья Дмитриевна Спирина. Вот и она. Входит. Восторженный горящий взор. И незаметно садится вместе с нами. И продолжается беседа. Пауза. Робкое покашливание, дверь гостиной неуверенно открывается – входит Вера Яковлевна Кашкалда, хранитель картин Н.К.Рериха в нашей галерее. В руках букет белых цветов. Она издали здоровается, подходит к столику, вокруг которого мы сидим. Неловко пытается воткнуть в полную вазу красных гвоздик и роз принесённые цветы, все они не входят. Ещё одна попытка, ещё. Она смущается, затем кладёт цветы на стол, рядом с собой.

Беседа продолжается. Уже П.Ф.Беликов выразительно смотрит на свои часы. И вдруг распахивается дверь. И на пороге Великанов. Загорелое русское лицо светится белозубой улыбкой. Плотный свитер подчёркивает ладность стройной фигуры. Через весь кабинет проходит прямо к Святославу, протягивает ему руку. Садится. И всё просто. Без ненужных движений и смущений.

Ну вот, всё-таки пришёл. Наконец-то не только болезненные лица, не только старость, не только пожирающий горящий взгляд, но и само здоровье, бодрость, сила – здоровый смех, здоровый желудок, здоровый (здравый) смысл. И уверенность. Словно пахнуло ветром свежим. Поистине Великанов на нашем фоне. «Я твоё пальто, Людка, увидел, – рассказывает потом, – смотрю, вроде бы вовремя пришёл, никого нет, время идёт. Спросил номер Рериха – и пошёл».

 И ещё одно. Совсем недавно мои друзья прислали мне видеозаписи последних проведённых в Новосибирске 9-х «Рериховских Чтений» (2014 г.). Я с глубоким интересом и вниманием прослушала и просмотрела эти записи. Замечательная конференция! Но вот что хочу сказать. Там была записана беседа академика Ростислава Рыбакова о его встречах со Святославом Рерихом. Сама по себе беседа эта удивительна, и не просто удивительна, но и совершенно уникальна. И вот Ростислав Борисович рассказывает об одной его встрече со Святославом Рерихом и упоминает о том моменте беседы, когда Святослав вдруг говорит ему: «Сейчас сюда придёт одна очень интересная молодая женщина... Забыл фамилию», – Ростислав Борисович обращается к аудитории: «Но, может быть, вы её знаете, она откуда-то отсюда, с Алтая, альпинистка...» И вдруг из глубины зала раздаётся голос: «Людмила Андросова!» «Конечно, да, конечно!» – подхватывает Ростислав Борисович.

Моё сердце радостно забилось: значит, меня там помнят, значит, не забыли! И вот сейчас я хочу сказать, нет, даже крикнуть, чтобы вы услышали: спасибо вам, дорогие друзья!

 

Послесловие

28 июля 2013 года группа туристов г. Новосибирска под руководством Владимира и Александра Волковых поднялась на безымянную вершину Алтая 2926 м на Теректинском хребте. Вершина названа пиком Маточкина – в честь Евгения Палладиевича Маточкина.

 

 vid s vershiny e.matochkina

Вид с вершины Евгения Маточкина

 С вершины как на ладони виден весь Катунский хребет с легендарной Белухой. По Теректинскому хребту, рядом с вершиной, проходит древний караванный путь из Уймонской долины в Чуйскую долину. Возможно, величественный вид Катунского хребта вдохновил людей на создание легенд о Беловодье.

В августе 2014 года группа новосибирских туристов под руководством Владимира Волкова совершила восхождение на пик Маточкина на Алтае. Мне выпала честь принять участие в этом восхождении.

 

 gori

У рубежа Неземного. Л.А.Андросова на пути к вершине Евгения Маточкина. Фото В.Волкова. Август 2014 г.

Мои дневниковые записи, оригиналы писем Святослава Рериха хранятся в Музее-институте семьи Рерихов в г. Санкт-Петербурге.

 

----------------------________________________________

Перепечатка из журнала «Дельфис» №1/2016(85) с небольшими сокращениями.